Вторичные леса таежной зоны Европейской России

Вторичные леса таежной зоны Европейской России

Подавляющее большинство лесов таежной зоны Европейской России характеризуется сильной преобразованностью структурно-динамической организации в результате хозяйственной деятельности человека, то есть может быть отнесено ко вторичным лесам. Точную долю вторичных лесов в составе таежного лесного покрова оценить трудно, в первую очередь из-за отсутствия общепризнанных критериев отнесения лесов к вторичным или первичным (коренным) - например, нет единого представления о том, до какой стадии восстановления естественной структуры леса после нарушения этот лес относится ко вторичным лесам, или в какой степени преобразованный выборочными рубками лес может считаться вторичным. Однако, определенные категории лесов однозначно понимаются как вторичные практически во всех исследованиях (например, леса, образованные первым поколением деревьев на месте вырубок, заброшенных сельскохозяйственных угодий, карьеров и т.д.). Даже при самом "узком" определении вторичных лесов можно утверждать, что вторичные леса в таежной зоне (за исключением самой северной части территории) образуют общий фон, а первичные (коренные, старовозрастные) леса - вкрапления или отдельные массивы внутри этого фона. Так, например, для Карелии площадь только вырубок второй половины ХХ века оценивается не менее чем в 2/3 от всей лесной площади (Громцев, 2000); в остальных регионах Севера ситуация более или менее такая же. Уже на широте Ленинградской, Вологодской, Кировской областей заросшие лесом сельскохозяйственные угодья, заброшенные в период коллективизации и позднее, также занимают существенную долю в составе лесов, а в регионах южной тайги их доля может доходить до 20-30% площади лесного фонда. В совокупности долю лесов, которые явно могут быть отнесены ко вторичным (т.е. лесов, где господствует первое поколение деревьев, сформировавшееся после сильного антропогенного нарушения) можно оценить не менее чем в 3/4 от всей площади покрытых лесом земель таежной зоны Европейской России. При более "широком" подходе к выделению вторичных лесов (например, при отнесении ко вторичным условно-одновозрастных ельников, образовавшихся вследствие целенаправленных выборочных рубок сосны - рис. 26, или одновозрастных древостоев на гигантских сплошных гарях), доля таких лесов будет еще больше.

При всем разнообразии структуры вторичных лесов, связанном не только с разнообразием типов местообитаний, но и с разнообразием видов хозяйственных воздействий, можно выделить несколько основных характерных особенностей, отличающих такие леса от естественных лесных экосистем таежной зоны. Прежде всего, сильные антропогенные нарушения, приводящие к гибели всего древостоя или существенной его части, приводят к существенному упрощению пространственной структуры древостоя (и как следствие - всех остальных ярусов леса). На наиболее нарушенных хозяйственным воздействием участках (прежде всего - заброшенных сельскохозяйственных угодьях или сплошных вырубках) формируются наиболее простые по структуре леса с максимально выровненным древесным пологом из мелколиственных пород, обычно - березы или серой ольхи (рис. 21, а). Любые сохранившиеся при нарушении фрагменты старых лесных экосистем (куртины подроста, тонкомерные деревья при сплошных рубках, случайно выжившие участки древостоя или деревья при пожарах) приводят к некоторому усложнению структуры и состава формирующегося древостоя (рис. 21, б). Выровненность и относительная одновозрастность древостоя часто сохраняется и в первом поколении "коренных" древесных пород, поселившемся под пологом пионерных мелколиственных (например, ели, замещающей распадающийся полог мелколиственных пород на месте зарастающих сельскохозяйственных угодий - рис. 21, в). Интенсивные выборочные или условно-сплошные рубки, при которых выбираются все крупномерные деревья, а сохраняется в основном подрост (пусть и разновозрастный в значительной мере) также приводят к формированию упрощенной пространственной структуры древостоя (рис. 21, г). Если в естественных лесах основные элементы пространственной неоднородности древостоя и других ярусов леса в пределах одного местообитания связаны с естественными случайными нарушениями, то во вторичных чаще всего с техногенной структурой нарушения - волоками, погрузочными площадками, дорогами, скотопрогонами и т.д. (Паутов, 1992; Ярошенко и др., 1998).

Большинство вторичных лесов - по крайней мере тех, которые однозначно относятся ко вторичным большинством специалистов - характеризуется преобладанием или значительной примесью пионерных мелколиственных пород деревьев (березы, осины, ольхи серой, ивы козьей), семена которых легко разносятся ветром на большие расстояния, а семенная продуктивность взрослых деревьев очень высока. Наиболее характерны леса с абсолютным господством мелколиственных пород для крупных массивов концентрированных вырубок 50-х - 80-х г.г., где не только были максимально изменены условия жизни деревьев (микроклимат, почвенный покров и т.д.), но часто и вырублены практически все источники семян хвойных пород деревьев.

Упрощенная и однообразная структура древостоя во вторичных лесах приводит к существенным изменениям и других ярусов леса. Исчезают многие виды микроместообитаний под пологом леса - валеж (по крайней мере, крупный), бугры и западины, образующиеся при вываливании деревьев с корневыми системами; упрощается мозаика окон и световых пятен под пологом леса. В результате этого разнообразие экологических условий под пологом леса резко падает, что приводит к обеднению флористического состава, постепенному исчезновению отдельных видов растений. При этом можно утверждать, что исчезновение по крайней мере некоторых видов связано не столько с резким изменением экологических условий в первые годы после сильного нарушения, сколько с упрощением мозаики местообитаний уже после формирования сомкнутого вторичного древостоя (Ярошенко и др., 1998). Точно так же восстановление исходной структуры травяно-кустарничкового покрова происходит с существенной задержкой по сравнению с восстановлением исходной структуры древесного яруса. Это позволяет утверждать, что многие леса, в которых уже произошло восстановление "коренной" структуры древостоя после сильных антропогенных нарушений, по характеру некоторых других компонентов леса (например, травяно-кустарничкового покрова) могут быть аналогичны типичным вторичным лесам. Таким образом, учет только характера древесного яруса не позволяет однозначно оценить степень нарушенности леса хозяйственной деятельностью человека или степень восстановления естественной структурно-динамической организации лесных экосистем.