Вольский Аркадий �ванович.

ВОЛЬСКИЙ АРКАДИЙ ИВАНОВИЧ

Член Координационного Совета Всероссийского Союза "Обновление".
Сопредеседатель Движения демократических реформ (ДДР). Член
Политического Консультативного Совета "Гражданского Союза". Президент
Российского Союза промышленников и предпринимателей

В иностранной прессе его иногда называют "кингмейкером" ("делателем
королей"). "Уорлд монитор" делом его рук считает назначение на пост
премьер-министра Виктора Черномырдина. Газета даже считала в марте 1993
г., что именно Вольский контролирует управление российской
промышленностью.

Некоторые его панически боятся. Обозреватель кузбасской "Нашей газеты"
так передает свой ужас: "Этих, признаюсь, я боюсь больше, чем
красно-коричневых радикалов. Они не суетятся и не закатывают истерик,
как "фронтовик" (представитель Фронта национального спасения - Н.К.),
они респектабельны (посмотрите на Вольского и Владиславлева - истинные
аристократы!), сдержанны и основательны текстуально (ни одного резкого
заявления, ни одного "листовочного" документа!). Как они осторожны, как
профессионально плетут сети Ельцину. Еще бы, ведь большинство из них -
это люди с аппаратно-комунистическим прошлым, изощренные в политических
играх с большими ставками... От директорского корпоративного единства,
честно (и мягко) говоря, мне становится неуютно. Оно похоже на
демонстрацию силы".

Аркадий Иванович умело поддерживает этот страх: "Я не хочу пугать, но
мне приходилось слышать от директоров разное. В том числе и такое:
"Профсоюзам, чтобы организовать забастовку, нужно неделю с плакатиками
побегать, а мы можем сделать это за три часа и по всей стране..." И я не
уверен, что другой на моем месте сможет удержать людей от резких
действий".

Некоторые считают, что фигуру Вольского "сделали" пресса и блестящее
умение этого "Гудвина, великого и ужасного" блефовать.

Мистическая боязнь ВПК заставляет искать для него чудесную узду. Хочется
найти того, кто бы мог контролировать этого монстра. Еще одна легенда,
связанная с Аркадием Вольским - легенда о его связи с "золотом партии".
Начало обвинениям положила газета "Политика". Она публиковала со ссылкой
на "достоверные источники", что Вольский, Шеварднадзе и Яковлев в июне
1990 г будто бы перевели Швейцарию, а затем в США 200 млрд. долларов
партийных денег. "Не успели мы подать в суд, - жалуется Аркадий
Иванович, - как "Политика" выходить перестала". (В настоящее время выход
газеты возобновлен, но Аркадий Иванович, очевидно, потерял интерес к
этому вопросу.) Нападки на НПС расширялись... Когда даже дочь Вольского
сказал ему: "Раз в газетах пишут, ты наверняка прятал деньги", Аркадий
Иванович предпринял решительные действия. "Устав опровергать все эти
обвинения, - рассказывает он, -я написал письмо генеральному прокурору и
министру внутренних дел с просьбой провести комплексную проверку.
Проверили все, что только можно... Казалось, даже вбитые гвозди считали
у нас... Комиссия с участием тринадцати банков пришла к выводу и
записала в акте, что никогда никаких финансовых отношений с КПСС у нас
не было". Однако обвинения не прекратились. Пресс-секретарь Б.Ельцина
Павел Вощанов написал в середине 1992 г. в "Комсомольской правде", что
Вольский знает больше о деньгах партии, чем сам Генеральный секретарь. И
действительно, Михаил Сергеевич Горбачев, по словам Вольского, однажды
спросил: "Аркадий, правда, что ты партийные деньги хранил?" Аркадий
Иванович, по его словам, "обомлел, ноги стали ватными от неожиданности и
обиды. Уж кто-то, а Генеральный секретарь ЦК КПСС знал, должен был
знать, как все обстоит в действительности".

Аркадий Вольский родился 15 мая 1932 г. в г.Добруж Гомельской области
Белорусской ССР в учительской семье. По национальности русский. Во время
войны жил в детском доме на Урале, в Поволжье, Казахстане. Отец воевал
на фронте, мать работала в подполье, лишь много лет спустя Аркадий нашел
ее. В 1949 г. Аркадий закончил школу, неудачно поступал в
кинофотоинститут, а в 1955 г. закончил факультет металлургии Московского
института стали и сплавов (тогда Институт стали им. И.В.Сталина). По
распределению был направлен на автозавод им.Д.Лихачева. Начал помощником
мастера, пройдя через должности мастера и начальника литейного цеха
избирается освобожденным секретарем парткома крупнейшего предприятия
Москвы - на этом завершается успешная инженерная карьера Вольского и
начинается не менее успешная партийная.

В 1969 г. его назначили генеральным директором строящегося КамАЗа, но в
этой должности он пробыл лишь 3 дня, молодой директор так понравился на
обязательном собеседовании в ЦК КПСС, что до Набережных Челнов он не
доехал, а остался сначала заместителем заведующего сектором
автомобильного машиностроения в отделе машиностроения ЦК, а потом стал
заместителем заведующего этим отделом. Отраслевые структуры ЦК были не
отделом пропаганды, во всяком случае не только пропаганды. Работа
напоминала работу в Совмине. Аркадию Ивановичу пришлось мотаться по
стране. Строил ВАЗ. КамАЗ, Атоммаш. Коллеги цэковцы высоко оценивали
Вольского: доброжелателен, смел в принятии решений, не ретроград.

О проведении Вольским кадровой политики партии в тот период рассказывает
Владимир Щербаков (первый зам премьер-министра в кабинете Валентина
Павлова): "Я был начальником управления на Волжском автозаводе (ВАЗе),
когда мне предложили стать заместителем директора на КамАЗе. Не хотелось
переезжать, менять работу. Но вызвали в ЦК, Вольский отнял партбилет и
предупредил - будешь упрямиться, билет останется в столе навсегда.
Сказал: "Иди подумай. Когда поймешь разницу между личным мнением и
мнением ЦК, возвращайся".

Осенью 1982 г. заканчивается длительный период правления Брежнева. Уже
зарекомендовавшего себя Вольского замечает пришедший к руководству Юрий
Андропов. "Вызывает к себе, - вспоминает Вольский, - и в лоб говорит,
что берет к себе помощником по экономике. Я ошалел и начал чего-то о
себе. А Андропов: "Вы что думаете, я о вас меньше знаю, чем вы?" На этом
разговор закончился, и на следующее утро я уже готовил какие-то
материалы". В этот короткий период Аркадию Ивановичу приходилось
выполнять различные задания. Однажды, по его словам, по заданию
Андропова они с Велиховым написали два десятка вариантов возвращения
Сахарова из горьковской ссылки. Но ни один вариант не был принят".

Противников говорят нажил он за этот период много. Андропов болел и
пытающихся влиять на него было достаточно.

После смерти Андропова его помощник достается в наследство Константину
Черненко, бывшему генеральным секретарем еще более короткий срок. В
апреле 1985 г. Михаил Горбачев набрал новых помощников и Аркадий
Иванович возвращается в отдел машиностроения его заведующим, где и
проработал до 1988 г. Принимает участие в делах, одни названия которых
являются символами времени - "ускорение", "госприемка", - машиностроение
являлось тогда приоритетным направлением "перестройки" экономики.

С 1986 г. он член ЦК КПСС.

Между тем в стране происходят важные политические события: на
октябрьском (1987 г.) Пленуме ЦК КПСС снимают первого секретаря
столичного горкома КПСС Бориса Ельцина. Повергнутого лидера московских
коммунистов предали, казалось, все. На пленуме с разгромными речами
выступили не только Егор Яковлев, но и Эдуард Шеварднадзе, Александр
Яковлев, с разоблачением политики Ельцина. В "Московских новостях" не
соориентировавшись, выступил Гавриил Попов. Аркадий Иванович о своей
роли в этот период говорит: "Я никогда не предавал Ельцина, даже в самые
тяжелые времена. Не хочу выглядеть героем, никогда им не был, но я не
боялся подавать ему руку даже на том памятном Пленуме ЦК, где все
сторонились его как чумного... Я отказался тогда идти в Московский
горком партии первым секретарем, хотя на том настаивал ряд городских
райкомов".

Энтузиазм руководителей, в первую очередь "инициатора перестройки"
Горбачева, падает по мере провала инициатив, вместе с тем появляющиеся в
разных регионах страны "горячие точки", требовали направления в них
"эмиссаров" из центра. Очевидно, было решено, что Аркадий Вольский,
проработавший много лет на горячем литейном производстве легко освоит
новый "горячий цех" - Нагорный Карабах. Да и не забыли его
доброжелатели. 1988 год. Позвонил Горбачев и сказал: "Вот сидят у меня
Лигачев, Разумовский и Чебриков и настивают, чтобы он поехал в Карабах.
Я добился личной встречи и спросил, чем вызвано изгнание? И тот ответил:
"Аркадий, знаешь, ты как-то очень азартно ведешь себя в отношении
некоторых людей, не всем это нравится. Ты отказался идти в МГК, когда
смещали Ельцина, не стал выступать на пленуме... Я к тебе хорошо
отношусь, но вот товарищи настивают". Я психанул, сказал, что уйду на
завод, но Михаил Сергеевич - он ведь любого уговорить может. И очутился
я в Карабахе".

С 16 сентября 1988 г. по февраль 1990 г. Вольский - представитель
Верховного Совтеа СССР и ЦК КПСС в Нагорно-Карабахской автономной
области, председатель Комитета особого управления НКАО, его имя не
сходит с газетных страниц. Одним из первых дейсвтий Комитета было
открытие в области епископата Армянской грегорианской церкви. Аркадий
Иванович выступает каждый день. Иногда по 3-4 раза на заводах, фабриках.
Привлекает массу российских спонсоров, зарубежных инвесторов.

Он упорно пытается помирить два народа. Михаил Полторанин рассказывал,
что "видел Вольского в Нагорном Карабахе, где армяне, и азербйджанцы
относились к нему с уважением. Чтобы в тех условиях подобного добиться
надо быть сверхдипломатом".

Из Карабаха уехал, оставив там множество друзей - и среди армян, и среди
азербайджанцев. Там его избирают народным депутатом СССР, он набирает
97% голосов. Сразу же его изберут и членом Верховного Совета. Был членом
Комитета ВС по вопросам обороны и госбезопасности. Полтора года провел
там без семьи, переживал за ее здоровье (часто болела жена), сам сидел
на лекарствах. "После тяжелой моральной депрессии" он дает себе слово,
публично заявив об этом - 3 года не отвечать ни на один вопрос по
Карабаху, - "рубцы еще не рассосались". В июне 1992 г. он рассказал об
одном из наиболее часто вспоминающихся эпизодов: "Подвал детского сада.
Дети с куклами и по колено в воде. Здание горит, город горит, вокруг
никого. Мы с заместителем генерального прокурора Союза Николаевым выбили
окно и поочередно вытаскивали ребятишек". В январе 1989 г. Комитет, по
словам Вольского, предлагает Воронину (заместитель Николая Рыжкова,
отвечающий за решение карабахского вопроса) пакет документов по приданию


экономической самостоятельности НКАО. Эти документы прошлежали без
движения до мая 1990 г. Комитет дает согласие и на привлечение к
уголовной ответственности должностных лиц за коррупцию и "получает
такого врага, о котором и не подозревали. Комитет особого управления
уничтожили их руками". В это же время Госплан выделяет Нагорному
Карабаху напрямую 0,5 млн. рублей, но руководство области от них
отказывается до принятия политического решения.

Февраль 1990 г.

"Вернулся в Москву - работы нет. Михаил Сергеевич, которого до сих пор
многие считают чуть ли не моим другом, все кормил какими-то обещаниями,
ни разу их не материализовав... Была договоренность не пускать меня в
партийную сферу. Послом не поехал..."

В другом интервью Аркадий Иванович менее мрачно описывает этот период:
"/После Карабаха -Н.К./ отказался от 11 предложений занять солидные
политические должности. В том числе такие, как заместитель Председателя
Совета Министров Союза или посол в одну из "жирных" стран". Вольского
обвиняют, что он не справился с миссией. Формально за ним оставили
старую должность завотделом, кабинет на Старой площади, но сам отдел
расформировали еще до его приезда. Ходили слухи, что Горбачев назначит
его секретарем ЦК КПСС, но у Горбачева были свои думы и рассчеты...

Горбачев предложил ему стать вторым секретарем российской компартии
Ивана Полозкова, на это не согласился Вольский.

Тем временем Вольский даже собирается возвратиться на родной ЗИЛ.
Вмешалась судьба. "Ко мне пришла группа директоров-депутатов и
предложила возглавить научно-промышленный союз. Я согласился". В январе
1991 г. прошел Всероссийский учредительный съезд.

К созданию НПС ЦК КПСС отношения не имел. А тогдашний "заведующий
экономикой" член Политбюро Слюньков даже спросил Вольского: "Вы что там,
второй Совмин создать хотите?" "Почему второй? - отвечаюЮ - Первый".
Шуток он не понимал, поэтому три дня пришлось отвечать на звонки: "Кто
такой союз разрешил?". В мае 1991 г. Аркадий Иванович жаловался: "Считаю
ненормальным полное безразличие рукводства компартии к нашему союзу".
Союз сразу начинает заниматься законодательным творчеством, готовя
законопроекты о предпринимательстве, о расширении прав производитлей, о
защите инвестиций, правда не много принято. Иностранные корреспонденты
заговорили о нарождающейся третьей силе (кроме партийно-государственного
аппарата и демократического движения) - предпринимателях и
промышленниках, "тех, кому суждено поднять индустрию, раскрутить маховик
экономики, и их энергичным представителе - Промышленном союзе.

Злые языки утверждают, чтог Промышленный союз создал профессор, тоже
народный депутат СССР Александр Владиславлев, "тень Вольского" еще с
"цековского времени". Александр Павлович и пригласил Вольского
возглавить НПС, став заместителеме председателя. Правда, Аркадий
Иванович не согласился с этим и объявил через 3 года, что Российскому
союзу промышленников и предпринимателей (РСПП) исполняется 100 лет,
значит Владиславлев здесь ни при чем. И действительно, "генетических"
прав на руководство у Аркадия Ивановича больше. Первыми руководителями
Всероссийского союза торговли и промышленности, созданного в 1895 г.,
были известные братья Рябушинские, отцы-основатели и владельцы нынешнего
ЗИЛа, альма-матер Вольского, а сменил их однофамилец Аркадия Ивановича
Адольф Адольфович Вольский. Для большей преемственности в 1992 г. Союз
переименовывают в Российский союз промышленников и предпринимателей
(РСПП).

Аркадий Иванович быстро приобретает авторитет. С 31 января до 6 февраля
1991 г. он возглавляет первую представительную советскую делегацию на
ежегодном совещании Всемирного экономического форума в Давосе
(Щвейцария). В делегации - председатели Верховных Советов республик
СССР, видные политические и общественные деятели. Отвечая на вопрос о
процессе перестройки, он говорит: "Процесс не прекращается и не
замедляется. Однако эти реформы находятся сейчас на такой стадии, что
требуют некоторых изменений в расстановке сил (подчеркнуто Н.К.) в
Советском Союзе". Оценивая длительность экономического спада,
продолжающегося в СССР он назвал срок его окнчания - начало 1993 г.,
отметив, что люди говорят, что я настроен пессиместически, однако, я
считаю себя реалистом".

Весной 1991 г. на Пленуме ЦК КПСС во время лобовой атаки
"консерватитвных сил" на Генерального секретаря Михаила Горбачева
Вольский встал на его защиту. Объяснил он свои действия тем, что
"во-первых, это (отставка -Н.К.) неизбежно означала бы раскол партии..,
во-вторых... отказ КПСС в поддержке выдвинутому ею Президенту и уход
партии в оппозицию... а решение такое было бы расценено как переворот,
как отказ от нового мышления, от гуманистических идей перестройки... то
привело бы к изоляции страны.

Было составлено заявление 72 членов ЦК КПСС, пресса приписала инициативу
его составления Вольскому, он же опроверг это, заявив, что оно появилось
само собой, "буквально экспромтом", а "кто оказался поблизости или кто
шел мимо, тот и подписывал".

Западная пресса заметила Аркадия Вольского и весной 1991 г. назвала его
"одной из загадочных и влиятельных фигур"; представители прогрессивно
мыслящих политиков и хозяйственных руководителей, которые не только
понимают необходимость радикальных перемен в стране, но и активно
способствуют их осуществлению.

Летом 1991 г. Аркадий Вольский вместе с Вадимом Бакатиным, Гавриилом
Поповым, Анатолием Собчаком, Николаем Травкиным, Эдуардом Шеварднадзе,
Александром и Егором Яковлевыми создавали оргкомитет Объединенной
Демократической партии. Документы заговорщики, большинство из которых
еще состояли в КПСС, готовили тайно, предлагая любопытным справки
наводить у Крючкова (до августовских событий он еще был председателем
КГБ). Отцы-основатели, твердо уверенные, что это будет более влиятельная
и управляемая, чем рыхлая "Демократическая Россия", организация. Никак
не могли определить лишь ее цели - то ли программа будет
социал-демократическая (это спокойней для перехода в нее идеологов и
лидеров КПСС), то ли совсем смелыми стать и объявить себя либералами.
Ходили таинственные слухи о якобы выходе из "коммунистов" Александра
Яковлева, слухи то опровергались, то появлялись вновь, наконец, главный
идеолог КПСС заявил: "Я не подавал никакого заявления, и мне ничего не
известно о том, что меня собираются исключать из КПСС".

В результате в начале июля был создан еще один оргкомитет "Движение за
демократические реформы" без Травкина, признанный временным для создания
осенью партии. Вольский и Собчак выступили пр иэтом за сохранение
двойного членства, лишь бы человек был "за демократические реформы" и
"против тоталитаризма".

При этом Аркадий Иванович, за месяц до полного развала, проявил себя
неважным прогнозистом, заявив, что "залогом межреспубликанского успеха
партии послужит инстинкт самосохранения, который соберет вместе даже не
9, а все 15 республик".

Позже 14-15 декабря 1991 г. в Москве прошел и I съезд ДДР. Вольский стал
одним из 7 споредседателей движения, названного "партией перекрасившейся
номменклатуры" и более мягко "Немецкой волной", "ренегатами в хорошем
смысле слова". Вместе с Вольским вице-президент (Руцкой), столичные мэры
(Г.Попов и А.Собчак), глава МИДа (Э.Шеварднадзе) заявили, что "не могут
нести ответственности " за власть.

Вернемся, однако, на несколько месяцев назад, к августовским событиям
1991 г. Тогда оказалось, что друзей у попавшего в заложники Горбачева не
так уж много. Вольский сумел дозвониться в Форос.

Сразу после путча во время раздела портфелей Аркадий Иванович заявил:
"Надо подбирать такие руководящие кадры, которые не испытывали бы тяги к
путчам. Уже год в различных средствах массовой информации я твержу об
этом". И он был услышан. Вместе с Юрием Лужковым и Григорием Явлинским,
они становятся последними заместителями последнего премьер-министра СССР
Ивана Силаева (тогда правительство назвали Комитетом по оперативному
управлению народным хозяйством). Через несколько месяцев комиет
расформировали.

После распада СССР 22 февраля 1992 г. Вольский создал и возглавил
Международный конгресс промышленников и предпринимателей, в который
вошли соответствующие организации СНГ, Прибалтики, Грузии, Болгарии,
Польши, Венгрии, Чехии и Словакии.

В начале 1992 г. Вольский от имени РСПП выступил одним из организаторов
Российского гражданского собрания, выдвинул совместно с профсоюзами
инициативу по учреждению ассамблеи социального партнерства.

Весной 1992 г. во время отдыха народных депутатов Ельцин, чтобы ублажить
оппонентов, обещает ввести в правительство "практика", многие решают,
что это будет Вольский, но выбор пал на более молодого Владимира
Шумейко.

30-31 мая 1992 г. Аркадий Иванович принял участие в учредительной
конференции Всероссийского Союза "Обновление", войдя в Координационный
Совет.

"Я два года сопротивлялся созданию любой партии, промышленники говорили
об этом еще в 90-м году. Я сдался только, когда прошли учредительные
съезды в регионах и встал вопрос, а в чьи руки это попадет". Тем более,
когда главный создатель опять вице-президент РСПП Александр Павлович
Владиславлев.

Роль союза "Обновление" Вольский, войдя в роль, понял образно:
"Вспоминаю какой-то фильм, где табун лошадей стремительно несется к
пропасти, но вдруг появляется некто и отводит взбесившийся табун в
сторону. Роль союза мне виделась бы именно такой: увести от беды". Для
этого союз "Обновление" должен стать "партией позиции, а не оппозиции".
Однако, добавил Аркадий Иванович на учредительной конференции,
рассчитывая на согласительную политику с правительством - в случае если
"взаимопонимание найдено не будет из-за отдельных упрямцев", то "мы с
Владимиром Филипповичем [имеется в виду Шумейко - Н.К.] найдем
возожность их изолировать". Вместе с тем сам Вольский, по его заявлению,
приходить к власти не собирается. Но еще в начале века известный
немецкий политолог Макс Вебер заметил: "Тот, кто участвует в политике,
тот обязательно борется за власть". Чем больше опровергает это Аркадий
Иванович, тем больше возникает сомнений.

Летом 1992 г. средства массовой информации в России и зарубежом
обсуждали возможности Вольского сменить Гайдара. Говорят об этом как о
уже решенном деле. В августе 1992 г. Аркадий Иванович заявляет: "Мы не
хотим вступать в драку, чему, однако, никто не желает поверить. Опять
суета вокург моей фамилии... Я вынужден еще раз повторить, что не
стремлюсь стать и не стану премьером в этих условиях, в этой команде".

Опровергая в октябре 1992 г., по его словам, в 27-й раз, утверждение,
что он "метит в кресло премьера", он многозначительно закончил: "Пусть
работают, но не делают глупостей. Вот если они не перестанут их делать,
наша позиция будет более категоричной". Аркадий Иванович
проговаривается, что он "специально считал" сколько раз опровергал,
внимательно следит за прессой. "Если я открываю утром газету и не нахожу
гадость про себя, значит день пропал - забывать начали".

Всероссийский съезд обновления (ВСО) ("Партия Вольского") так и не
дождался обещанных Вольским средств, необходимых для создания
оргструктур, и союз остается московским интеллигентским собранием.

Не занимая высших постов в партии ("надо дать дорогу молодым"), Аркадий
Иванович от имени ВСО входит летом 1992 г. в "Гражданский союз",
пригласив в него самые многолюдные (не считая коммунистов) партии -
Демократическую (Николай Травкин) и "Свободную Россию" (Василий Липицкий
и Александр Руцкой). У членов блока сразу стало не менее 1/3 мандатов в
Верховном Совете России.

21 июня 1992 г. на учредительной конференции "ГС" Вольский был избран в
Политический Консультативный Совет. Его отношения с Боровым трудно
назвать дружбой. В середине 1992 г. Константин Натанович заявил, что
структура Вольского готова в любой момент стать ядром переворота.
Аркадий Иванович назвал это "бредом сивой кобылы", правда, извинившись.

И вот в июле 1992 г. они совместно с К.Боровым выступили с инициативой
образования Совета Конструктивных Сил, о создании которого было заявлено
29 июля 1992 г. Совет должен был объединить более 30 партий, движений и
профсоюзных организаций, различных по идеологическим и политическим
взглядам. Этот орган планировался как "круглый стол" для обсуждения
проблем, волнующих все слои населения, в целях выработки компромиссных
решений, учитывающих мнение и тех, кто находится в меньшинстве. В Совете
должны были быть представлены "все социальные слои общества кроме
национал-социалистов и криминальных мафиозных структур". Так, и
вспоминается маниловское "как было бы в самом деле хорошо, если бы жить
этак вместе, под одной кровлею, или под тенью какого-нибудь вяза
пофилософствовать о чем-нибудь, углубиться!.. государь, узнавши о такой
их дружбе, пожалует их генералами". "Пора объединиться здравомыслящим
людям... Садиться за "кругый стол", иначе - тупик. Надо посадить за один
стол основные влиятельные силы... Может быть, день отвести на это, может
быть два - сколько потребуется. Но выговориться, наконец. И прийти хотя
бы к временному, но согласию", - это уже Аркадий Иванович.

Объединительный зуд продолжается.

Осенью 1992 г. на первом Всероссийском совещании товаропроизводителей
Вольский входит в Координационный совет вместе с известным
представителем некриминальной оппозиции Ильей Константиновым и лидером
парламентской группы "Промышленный союз" Юрием Гехтом, всегда считавшим,
что Вольский готов отступиться и предать всех своих единомышленников,
как только ему будет обещан солидный государственный пост. Даже Владимир
Лысенко, сопредседатель Республиканской партии России призвал в конце
1992 г. сподвижников сотрудничать с Вольским - прагматиком, способным на
компромисс, "с ним в отличие от Руцкого и Травкина можно работать".

Одновременно Вольский продолжает создавать новые организации. 29 октября
1992 г. он стал председателем правления Совета по торгово-экономическому
сотрудничеству между СНГ и США (СТЭС).

Аркадий Иванович ведет активный образ жизни, встречи его шестидневки
(включая субботу) расписаны с 9 утра до 9 вечера. Послы, руководители
производств, Никсон во время последнего визита в Россию нашел
возможность дважды встретиться с ним для бесед.

В 1992 г. он собрал у себя людей, у которых, Аркадий Иванович "точно
знал, есть большие счета в зарубежных банках". Они предложили открыть в
России несколько западных банков, так как Внешэкономбанку не верят.
Вольский взялся за реализацию этой идеи. Однако столкнулся с жесткой
реакцией со стороны российских банкиров, считающих, что это приведет к
рарушению еще не создавшейся национальной банковской системы. С
руководителем Центрального банка Виктором Геращенко, ранее союзником
Вольского, установился, по словам Аркадия Ивановича, "позитивный
нейтралитет". Некоторые встречи, правда, его не радуют. Так он, как и
Горбачев, не принял приглашение прибыть на конституционный суд над КПСС
в качестве свидетеля. "Я так и не понял - свидетеля обвинения или
защиты... этого мне никто не смог объяснить".

Аркадий Вольский продолжает сидеть на Старой площади, как в старые
времена, правда, Геннадию Бурбулису приписывают отключение у бывшего
"зав. отделом" "вертушки" - высшей правительственной связи, символа
приобщения к советской политической элите.

Пресса, веря в особую роль Аркадия Ивановича ищет его ставленников.
Геннадий Бурбулис в газете "Российские вести" делает интересный вывод:
"Когда Георгия Хижу, Владимира Шумейко, Виктора Черномырдина, числящихся
ставленниками Вольского, назначали на высокие првительственные
должности, ориентированная на "Демократическую Россию" пресса всякий раз
трубила тревогу: "Вольский рвется к власти!" Но всякий раз выяснялось,
что очередной политик либо изначально слишком крупная фигура, чтобы быть
чьим-то ставленником, либо, по крайней мере, находясь в составе
Правительства, не доступен влиянию Вольского. Вот и выходит, что победа
ему "впрямь страшнее поражения".

2 декабря 1992 г. Вольский в преддверии съезда народных депутатов
заявляет: "Кардинальных изменений ни в политике Президента, ни в
кадровом составе Правительства ожидать не приходится. А после того, как
нам удалось согласовать с командой Гайдара единую программу вывода
экономики из кризиса, оппозиция лишилась довольно существенного козыря.
Так или иначе РСПП не намерен использовать съездовскую трибуну для
нападок на курс правительства". Незадолго до этого он был более
категоричен: "Политика правительства находится на грани провала, кабинет
министров превратился в общество с ограниченной ответственностью
закрытого типа... Настоящей экономической реформы в России нет; есть
политические игры и отчаянная борьба за валсть на всех ее этажах; борьба
эта сопровождается возникновением новых бюрократических образований,
ловко мамикрирующих под рыночные структуры... Я прошел большую школу
жизни, чтобы не быть назойливым. Поэтому я не прошусь на прием [к
президенту] слишком часто. Я иду, когда у меня имеется, скажем так,
объемная и важная информация".

Мало у кого были сомнения, что Борис Ельцин договорился с Аркадием
Вольским о конкретных включениях очередных выдвиженцев "Гражданского
союза", назывались имена Липицкого, Травкина и Сабурова и вдруг, как
гром среди ясного неба.

В очередной поездке - в Японию в качестве (еще одна должность)
сопредседателя российско-японского торгово-экономического комитета, -
Вольский дает интервью агентству "Киодо Цусин". Корреспондент газеты
"Известия" Сергей Агафонов публикует персказ интервью с предложением
Вольского по формированию кабинета нового премьер-министра Черномырдина.
Трудно поверить, чтобы столь искушенный аккуратный политик мог
наговорить столько лишнего. Даже досрочный приезд Ельцина из Китая,
объяснили необходимостью взять под контроль формирование кабинета.
Вольский пообещал подать в суд на корреспондента, объяснив публикацию в
"Известиях" фальсификацией. Однако, это не спасло названных в интервью
лидеров "Гражданского союза" от доли "неприкасаемых".

В январе 1993 г. на II съезде ДДР кроме Вольского из отцов-основателей
участвовали лишь Николай Петраков, Гавриил Попов и Анатолий Собчак.
Аркадий Иванович хорошо смотрелся и пользовался большой популярностью.
Делегаты реализовали его идею, правда на бумаге, создать новый союз
государств на месте бывшего СССР, приняв Хартию Евразийского Сообщества.
Мечта о Сообществе материлизовалась в Форуме Движения к Новому Согласию
(все как положено с большой буквы), вернувшийся в ДДР "раскольник"
Гавриил Попов за Союз выступал особенно горячо, за это Аркадий Иванович
в целом поддержал идею Гавриила Харитоновича об Учредительном собрании и
сделал очередной прогноз -"спад будет продолжаться до середины будущего
года",- но добавил, помня предыдущие ошибки: "... а может быть, и
дальше".

"Исторические" VIII и IX съезды народных депутатов России Вольский
проигнорировал, заявив, что "не хотел быть смешным".

Перед российским референдумом в апреле 1993 г. Вольский делает сильный
ход, пригласив на съезд РСПП президента, премьер-минстра и более 200
народных депутатов. Аркадий Иванович на съезде заявил, что "стабилизация
экономики уже обозначилась". Зал из 5 тысяч делегатов встретил эту
новость глухим ропотом. Даже виновник здравницы Черномырдин скромно
возразил: "Говорить сегодня о реальной стабилизации преждевременно".
Склонность Аркадия Ивановича постоянно маневрировать вновь поставила в
сложную ситуацию его партнеров по коалиции. После его заявления о том,
что он считает идею коалиционного правительства "абсолютно пустой".
Василий Липицкий был вынужден указать, что идея эта одна из важнейших
для "Гражданского союза" и сформулирована она партией Вольского - союзом
"Обновление". Аркадий Иванович на съезде предлагает "представить
правительству режим наибольшего благоприятствования на год", призвав
всех идти на референдум. На съезде была принято решение создать еще один
Высший координационный совет - российской промышленности для разработки
системы межотраслевых картельных соглашений. Не очень понятно, правда,
для чего нужно в этом случае наделение наибольшим благоприятствованием
правительство.

Можно рассуждать об истинных размерах фигуры самого Аркадия Ивановича,
но роль РСПП нельзя недооценивать, в него входят тысячи предприятий
различных форм собственности, в том числе ЗИЛ, КамАЗ, Ростсельмаш, биржи
и банки. По словам Вольского, в конце 1992 г. члены союза производили
73% промышленной продукции России. До конца 1992 г. в РСПП вступило 35
иностранных компаний, в том числе имеющие мировую известность - IBM,
"Дюпон", "ФИАТ", "Оливетти", "ФАТА", "Томсон", "Мицуи", "Хендэ" и
другие.

Союз стал первой советской неправительственной организацией, ставшей
членом Всемирного экономического форума (ВЭФ), активно сотрудничает с
Организацией промышленного развития ООН (ЮНИДО), Европейским советом
предпринимательских союзов при ЕЭС (ЮНИСЕ) и по поручению правительства
представляет интересы России в Международной организации труда (МОТ).
Заключены долгосрочные соглашения с французским "Патронатом",
итальянской "Конфиндустрией", Всеобщей конфедерацией германской
промышленности, ассоциациями промышленников Израиля, Республики Корея,
Финляндии, Ливана и другими.

При Союзе существует Экспертный институт РСПП. Активную роль в
подготовке экономической программы Союза играет профессор Евгений Ясин,
один из генеральных директоров РСПП. Поддерживает контакты с Союзом
Григорий Явлинский. Вольский поддерживает с ними дружеские отношения и
считает выдающимися экономистами. Членами правления Союза являются
академики Раушенбах и Велихов, известные экономисты Еременко, Петраков.

Вольский считает себя сторонником "третьего пути" (не социализм, ни
капитализм), полагает, что переход к рынку должен быть "не медленным, но
и не слишком быстрым". Без всяких "капиталистических обязательств",
близок ему китайский путь, хотя "Дэн Сяопином себя не считает", для
реализации же шведской модели, - "в России слишком мало шведов". Вместе
с тем считает: "Альтернативы рынку нет, без "шоковой терапии" не
обойтись, мы выступаем за то, чтобы смягчить ее социальные последствия"
(несколько ранее он говорил, что "у нас не шоковая терапия, а шоковая
хирургия").

В оценке противоборства Ельцина и Руцкого очень осторожен, говорит, что
"кто прав, кто виноват - история рассудит". Весной 1992 г. же по
отношению к Скокову говорил: "Скоков, несомненно, компетентный человек,
но я убежден: команда у президента должна быть единой. Или уходи в
оппозицию, или работай в его команде". Аркадий Иванович глубоко верит в
профессионализм Зорькина, председателя Конституционного суда,
Черномырдина считает "наиболее авторитетной фигурой в руководстве РФ", а
Гайдара "талантливым экономистом, но у него есть одна беда - он
абсолютно не годится для того, чтобы исполнять властные обязанности. Он
для этого слишком интеллигентен". Даже съезд, Верховный Совет и
депутатский корпус не представляет как "исчадие ада", как
антиреформаторскую силу. "А то, что они не устраивают оваций тем
деятелям, что дерутся за власть на руинах экономики, так это слава
Богу!" Перспектива стать хорошими новыми кандидатами в президенты, как
он считает, есть у Григория Явлинского и Бориса Немцова. Резко выступает
против политиков (в середине 1992 г. он назвал Шахрая и Попова в
качестве примера), "кто учуяв опасность, спасается бегством".

Из бывших членов Политбюро сохранил "самые добрые отношения с
Александром Яковлевым, с уважением относился к В.Долгих.

Говорит, что на общем фоне Косыгин всегда выделался тем, что "хотя бы
понимал, о чем он говорит".

Говорит, что имеет три принципа жизни: не предавать друзей, не брать
взяток и не терять порядочность. "Кстати, я никогда не вру... Могу
умолчать, не договорить, но никогда не допускаю откровенной лжи".
Считает, что человек , отрицающий свое прошлое, не имеет будущего,
потому свой партбилет не сжигал на площади, а держит в шкафу рядом с
дипломом.

"Ни в чем предосудительном, кроме нецензурных слов не замечен".

Политику считает "не хочу сказать грязным, но чересчур специфическим,
особенно сейчас, делом. Заниматься им не хотел... Я по природе своей не
могу быть вместе с интриганами. Как посмотришь на грызню тех6 кто вокруг
"трона", тоскливо становится".

Не верит, что свои убеждения можно поменять за 2 месяца, считает это
конъюнктурой чистой воды.

Имеет 5 орденов, в том числе Орден Трудового Красного Знамени и "Знак
почета", а также 10 медалей. Работая на ЗИЛе, получил Ленинскую премию,
причем не в списке, а персонально.

Говорит, что его "хобби - работа". Если удается выбирается с женой в
лес, по грибы, "модным большим теннисом не занимается, в футбол за
правительство и мэрию не играет; но спорта не чужд". Мастер спорта по
боксу и фехтованию, был даже в юости чемпионом страны по бокусу в своей
возрастной группе. Будучи секретарем парткома ЗИЛа патронировал
футбольную команду "Торпедо", остается ее страстным поклонником, дружит
с игроками и тренерами команды. Познания в иностранных языках
(английском) не выходят за рамки бытового общения и беглого ознакомления
с политической или технической литературой. Любимый писатель (и большой
друг) - Владимир Богомолов. Поддерживает дружеские отношения с Николаем
Губенко (помогает утвердиться его Фонду поддержки искусств). С уважением
относится к Наталье Сац. Из философов выделяет Бердяева, Соловьева,
Ильина, Вернадского. На досуге читает научную фантастику (особенно
Айзека Азимова).

Женат. Жена Людмила Александровна - инженер-химик. Сын Владимир -физик,
дочь Галина - философ. Три внука - Леонид, Михаил и Алексей. "После
августовских событий, - рассказывает Аркадий Иванович, - мы в семье
окрестили младшего внука. Инициатива исходила от моих детей, но я не
возражал. К деятельности Русской православной церкви я отношусь с
глубоким и искренним уважением. В то же время я остаюсь атеистом и не
склонен идеализировать роль церкви".